Стивен Хокинг. Непобедимый разум  - Китти Фергюсон

Леонард Сасскинд: “Как нам всем известно, Стивен – самый упрямый и доставучий человек во вселенной!”^[355]

Рафаэль Буссо: “Приятно было помогать в подготовке шестидесятилетия Стивена Хокинга, тем более что уж Стивен-то умеет повеселиться”^[356].

Гэри Гиббонс, восхваляя “неукротимую отвагу и дерзновенный оптимизм Стивена”^[357], процитировал Роберта Браунинга: “В дерзанье – цель, не то – на что и небо?”

Майкл Грин припомнил начало 1970-х в Кембридже, когда он свел знакомство со Стивеном. Космология в ту пору “считалась разделом астрологии, и относились к ней безо всякого уважения”!^[358]

Нил Турок говорил о присущей Стивену “жажде жизни”, благодаря которой он продолжает вопреки всему и жить, и работать^[359].

Кип Торн преподнес другу на юбилей обещание: “Гравитационные волновые датчики – LIGO, GEO, VIRGO и LISA – проверят твои предсказания насчет черных дыр задолго до твоего семидесятилетия”^[360].

Доклады на юбилейной конференции не только четко обрисовывали сложившуюся в науке картину мира и не только объясняли, каким образом теоретическая физика и космология пришли к этим выводам, – эти выступления стали также, как и сулило название конференции, трамплином в будущее. Собрались лучшие умы науки, сосредоточились на вопросах, которые более всего интересовали Хокинга, затронули и его работу. Что не менее важно: почтенные корифеи общались там с энергичными молодыми людьми, с теми, кому предстояло вести дальнейшие исследования, – и многие среди этой молодежи были учениками Хокинга. Празднество длилось неделю – а почему бы и нет? Ведь мало кто надеялся увидеть это шестидесятилетие. Элейн тоже припасла особый подарок – получасовой полет на воздушном шаре. После трахеотомии Хокингу в 1985 году пригрезился такой полет, и он принял свой сон как символ надежды. Теперь, в шестьдесят лет, он вправе был сказать, что надежда сбылась.

Коллеги Хокинга и все, кто присутствовал на праздновании его дня рождения, предпочитали видеть в эпизоде с наездом на стену досадную случайность, но, к сожалению, дело было серьезнее: разогнавшись на неровной мостовой Молтинг-лейн поблизости от дома, Хокинг оторвался от сиделки, утратил контроль и врезался в стену, перевернувшись вместе с креслом и сломав себе бедро. Аспирант Хокинга Нил Ширер заметил: “Он опаздывал на встречу и, как обычно, включил Ускорение Хокинга”^[361]. Состояние Хокинга не допускало общего наркоза, и его “штопали” под эпидуральным. Хокинг сравнил эту процедуру с ощущением, будто “рядом дребезжит здоровенная дрель”^[362].

Сам Хокинг подготовил себе к шестидесятилетию публикацию тщательно отобранных им отрывков из Коперника, Галилея, Кеплера, Ньютона и Эйнштейна. В эту серию – “На плечах гигантов” – вошли также биографические очерки пятерых великих ученых и составленные Хокингом комментарии.